Историческая живопись: как собирают сцену
Историческая живопись отличается от прочих жанров не сюжетом, а методом. Большая многофигурная сцена не пишется сразу на холсте, она собирается: сначала десятки вариантов композиции, потом этюды голов и рук с живых людей, потом рисунок в натуральную величину и только затем сама живопись. Ниже разобрано, как устроен этот метод и что из него применимо в любой сложной работе.
- Исторический жанр в академической системе стоял выше всех остальных и включал не только события, но и мифологию с литературными сюжетами.
- Главное в нём не тема, а метод сборки: эскиз композиции, этюды с натуры, картон в натуральную величину, перенос, живопись.
- Эскиз решает расположение масс, этюд собирает достоверность, картон переносит найденное на нужный размер без потерь.
- Момент выбирается до кульминации или сразу после неё: сама точка события обычно выглядит наигранно.
- Главный герой выделяется не центром, а паузой вокруг него, светом и направлением взглядов остальных.
- Жанр почти исчез в двадцатом веке как салонная форма, но его метод работы живёт в кино, в раскадровке и в любой сложной композиции.
Что такое исторический жанр
Живопись значимых событий прошлого: сражений, переломных дней, судов, казней, договоров, гибели городов.
Ключевое слово здесь значимых. Жанр берёт не любое прошлое, а то, что имеет последствия и известно зрителю хотя бы в общих чертах.
Отличие от бытовой сцены в масштабе и в единичности. Историческое событие произошло один раз и имеет дату, бытовое происходит всегда.
Главная особенность жанра техническая. Такая картина почти всегда велика по размеру и многофигурна, а значит не может быть написана сразу с натуры.
Отсюда особый метод работы, который и составляет главную ценность жанра для художника: последовательная сборка из эскизов, этюдов и подготовительных рисунков.
Именно этот метод, а не сюжеты, стоит изучать сегодня. Он применим к любой сложной композиции, включая совершенно современную.
Что в него входило по академической системе
Гораздо больше, чем собственно история, и это стоит знать, читая старые описания картин.
Академическая классификация относила к историческому жанру всё, что считалось высоким по содержанию.
Сюда входили: события прошлого, античная мифология, библейские и евангельские сюжеты, аллегории и сцены из литературы.
Логика была не хронологической, а смысловой. Объединяло эти темы то, что все они требовали от художника сочинения, знания и работы с многофигурной композицией.
Отсюда и название учебной специальности в академиях: исторический живописец, то есть тот, кто способен построить сложную сцену по замыслу, а не с натуры.
Современное словоупотребление уже, и под историческим жанром обычно понимают только изображение реальных событий прошлого.
Почему он считался высшим
Потому что требовал всего сразу и не мог быть выполнен копированием натуры.
Академическая иерархия жанров была устроена по одному принципу: чем меньше художник просто списывает с натуры и чем больше сочиняет, тем выше жанр.
Натюрморт стоял внизу, потому что его можно поставить перед собой и написать. Историческая картина стояла вверху, потому что её нельзя увидеть вовсе.
От автора требовалось знание анатомии, композиции, перспективы, костюма, оружия, обстановки эпохи и умение соединить всё это в одном холсте.
Была и содержательная причина. Считалось, что живопись должна воспитывать, а для этого ей нужен возвышенный сюжет с примером поведения.
Разбор всей иерархии и того, как она рухнула, есть в статье о жанрах живописи.
Какие признаки у исторической картины
Их пять, и вместе они дают узнаваемое устройство.
Первый: размер. Жанр рассчитан на большой холст, потому что многофигурная сцена в маленьком формате не читается.
Второй: группы. Фигуры собраны в две-три группы с разными состояниями, а не разбросаны по холсту поодиночке.
Третий: направление внимания. Взгляды и жесты большинства персонажей ведут к одной точке.
Четвёртый: пауза вокруг главного. Между главным героем и остальными есть свободное место, и именно оно его выделяет.
Пятый: приметы времени. Костюм, оружие, утварь, архитектура показаны точно и работают как свидетельство.
Шестой признак необязателен, но встречается почти всегда: в сцене есть персонаж, который не участвует в событии, а смотрит на него со стороны. Он ставит зрителя внутрь картины.
Как собирается большая композиция
В пять этапов, и порядок их нарушать нельзя.
Первый: замысел. Событие формулируется одной фразой, с указанием точного момента. Пока фраза не складывается, работать рано.
Второй: эскизы композиции. Маленькие, быстрые, только пятнами. Их делают десятками, чтобы перебрать варианты.
Третий: этюды с натуры. Головы, руки, позы, ткани, предметы. Каждый решает одну задачу и пишется отдельно.
Четвёртый: картон. Рисунок в натуральную величину будущей картины, где всё окончательно уточняется.
Пятый: перенос и живопись. Сначала общий подмалёвок массами, затем проработка.
Смысл такого порядка в том, что каждая ошибка обнаруживается на самом дешёвом этапе. Переделать эскиз со спичечный коробок занимает минуту, переписать двухметровый холст — месяц.
Зачем нужны эскизы и сколько их бывает
Затем, чтобы найти композицию перебором, а не угадать её с первого раза. Их делают не один и не два, а десятки.
Первый круг эскизов очень мелкий, размером с ладонь или меньше. В таком размере видно только расположение масс, и это ровно то, что нужно.
Работать в нём быстро: один эскиз занимает минуту. За полчаса получается двадцать вариантов, из которых один-два окажутся живыми.
Второй круг покрупнее и подробнее. Здесь решаются группы, направление взглядов, положение главного героя, распределение света.
Третий круг уже почти в цвете и с уточнёнными пропорциями. Обычно их немного, два-три.
Полезный приём: смотреть эскизы издалека и прищурившись. Если композиция читается пятнами с трёх шагов, она будет работать и в большом размере.
Общие правила построения кадра разобраны в статье о композиции, и в этом жанре они применяются в самом полном виде.
Чем этюд отличается от эскиза
Задачей. Эскиз ищет композицию целиком, этюд изучает одну часть с натуры.
Эскиз всегда про целое: как расположены массы, куда идёт свет, где главное. Он может быть неточным в деталях, это неважно.
Этюд всегда про часть и всегда с натуры: голова конкретного человека, рука в определённом положении, складка ткани, кувшин, снег, ствол дерева.
Задача этюда — собрать достоверность, которую невозможно выдумать. Именно поэтому его пишут с живого, а не по представлению.
Количество этюдов к большой картине измеряется десятками, а иногда сотнями. К некоторым знаменитым вещам их сохранилось столько, что они составляют отдельные залы в музеях.
Часто этюды оказываются живее готовой картины, потому что написаны быстро и прямо с натуры. Это известная особенность жанра.
Практический вывод: этюды имеют самостоятельную ценность, и хранить их стоит, даже если картина не сложилась.
Что такое картон и зачем он нужен
Подготовительный рисунок в натуральную величину будущей работы, выполненный на бумаге.
Смысл его в том, что маленький эскиз и большой холст ведут себя по-разному. То, что убедительно в размере ладони, в размере двух метров может рассыпаться.
На картоне окончательно уточняются пропорции фигур, положение рук, повороты голов, расстояния между группами.
Здесь же обнаруживаются ошибки, невидимые в эскизе: одинаковые по высоте головы, случайные касания контуров, повторяющийся ритм.
Дальше картон переносят на холст. Способов два: разбивка на клетки с пропорциональным увеличением или продавливание по контуру.
Исторически применялся ещё один способ: прокол контура иглой и припудривание угольным порошком через отверстия.
Современные способы переноса разобраны в статье о переносе рисунка на холст, и для большой работы они те же.
Как выбрать момент события
Не в точке кульминации, а рядом с ней. Это главное композиционное решение всей работы.
Сама кульминация почти всегда выглядит наигранно. Момент удара, падения или выстрела в живописи читается как театральная поза.
Гораздо сильнее работают две другие точки. Первая — за секунду до, когда всё уже решено, но ещё не произошло.
Вторая — сразу после, когда событие случилось и его последствия только начинают доходить до участников.
В обоих случаях зритель достраивает недостающее сам, а достроенное действует сильнее показанного.
Отдельная удачная точка — момент, когда одни участники уже поняли, а другие ещё нет. Разница состояний внутри одной сцены даёт напряжение.
Проверить выбор просто: если сцену можно описать словами «сейчас произойдёт» или «только что произошло», момент найден.
Как показать главного героя
Четырьмя способами, и центр композиции среди них самый слабый.
Первый и главный: пауза. Свободное пространство вокруг фигуры выделяет её надёжнее любого приёма. Плотная толпа и пустота рядом с одним человеком.
Второй: свет. Главный получает самое светлое или самое контрастное место в картине.
Третий: взгляды остальных. Если большинство персонажей смотрит в одну точку, зритель посмотрит туда же.
Четвёртый: цвет. Единственное яркое пятно среди сдержанной гаммы притягивает внимание мгновенно.
Что работает плохо: расположение в геометрическом центре и увеличение размера. Оба приёма выглядят прямолинейно.
Сильный ход — показать главного не самым заметным. Тогда зритель находит его сам, и картина втягивает его в себя.
Как строить группы фигур
Объединяя людей в две-три массы вместо равномерной расстановки.
Главная ошибка в многофигурной композиции — расставить всех через одинаковые промежутки. Получается забор, а не сцена.
Работает другое: люди собираются в группы разной плотности, между группами остаётся воздух, и внутри каждой группы есть своё состояние.
Обычная схема такая: главная группа с героем, вторая группа с противоположным отношением к происходящему и несколько одиночных фигур на связке.
Внутри группы фигуры перекрывают друг друга. Перекрытие даёт глубину и объединяет людей в одно пятно.
Высота голов не должна быть одинаковой. Ряд голов на одном уровне выглядит механически, и это заметно даже неопытному глазу.
Полезная проверка: закрасьте эскиз силуэтами и посмотрите. Должны читаться два-три пятна разной величины, а не равномерная масса.
Как работает свет в большой сцене
Как средство отбора: он показывает то, что важно, и приглушает остальное.
В большой многофигурной картине равномерное освещение противопоказано. При ровном свете все части холста равнозначны, и глазу негде остановиться.
Рабочая схема: одно светлое пятно, где находится главное, и постепенное затемнение к краям.
Источник может быть любым: солнце, пожар, свеча, отблеск на снегу. Важно, чтобы он был один и его направление читалось.
Отдельно стоит время суток. Утро, вечер и ночь дают совершенно разное настроение одной и той же сцене, и это решение принимается вместе с замыслом.
Приём резкого света из темноты пришёл в жанр из семнадцатого века, и разбор его есть в статье о барокко.
Проверка та же, что везде: прищуриться и посмотреть. Должно остаться одно светлое пятно понятной формы.
Это я за росписью в духе Альфонса Мухи. Учиться у великих — одно удовольствие, и начать может каждый.
Арон ОнореЗачем нужна достоверность
Затем, что одна заметная ошибка разрушает доверие ко всей картине разом.
Требование это появилось не сразу. В семнадцатом и восемнадцатом веках античных героев спокойно одевали в современные костюмы, и никого это не смущало.
Перелом наступил в девятнадцатом веке, когда развились археология и историческая наука, а публика научилась замечать несоответствия.
С тех пор жанр требует проверки: костюм, оружие, утварь, архитектура, обувь, причёски, даже породы лошадей и сорта растений.
Механика доверия работает жёстко. Зритель, заметивший одну ошибку, начинает подозревать всё остальное, даже если оно верно.
При этом достоверность не самоцель. Точно выписанный костюм на неубедительной фигуре не спасает картину, а живая сцена с небольшой вольностью работает.
Разумная мера такая: точно всё, что бросается в глаза и легко проверяется, обобщённо всё остальное.
Где брать материал сегодня
Из пяти источников, и первый из них до сих пор лучший.
Первый: музей. Настоящий предмет даёт то, чего не даст ни одна фотография: размер, вес, фактуру, следы использования.
Второй: историческая реконструкция. Люди, воссоздающие костюм и снаряжение, разбираются в деталях лучше многих книг и обычно охотно позируют.
Третий: специальная литература. Каталоги музейных собраний, работы по истории костюма и оружия, археологические публикации.
Четвёртый: изображения самой эпохи. Гравюры, миниатюры, портреты того времени показывают, как вещи носили, а не только как они выглядели.
Пятый: натура. Свет, снег, вода, ткань, лошадь, толпа пишутся с живого независимо от эпохи, потому что физика не менялась. Лошадь при этом строится по нескольким простым меркам, и они разобраны в уроке как нарисовать лошадь.
Чего лучше избегать: кино и чужих исторических картин. И то, и другое уже содержит чужие ошибки и чужие условности.
Как работали Брюллов и Иванов
По одному методу, но с очень разной степенью погружения.
Карл Брюллов, работая над картиной о гибели Помпей, ездил на раскопки и делал зарисовки прямо на месте, изучая улицы и найденные предметы.
Работа над этим холстом заняла у него несколько лет, и большая часть срока ушла на подготовку, а не на живопись.
Александр Иванов довёл метод до предела. Его большая картина писалась около двадцати лет, и к ней сохранились сотни этюдов.
Этюды эти он писал с натуры в Италии: головы, фигуры, оливковые деревья, камни, воду, небо. Каждый решал одну конкретную задачу.
Многие из них сегодня ценятся выше самой картины, потому что написаны свободно и с прямого наблюдения.
Урок из обоих случаев один: главная работа в этом жанре делается до холста, и её объём обычно больше, чем объём самой живописи.
Как работал Суриков
Через живых людей и живую натуру, а не через реконструкцию по книгам.
Василий Суриков искал типажи среди современников. Он подолгу ходил и высматривал лица, которые могли принадлежать людям прошлого, и писал с них этюды.
Найдя нужного человека, он просил его позировать, иногда преодолевая недоверие, и получал голову с точным характером, а не выдуманную маску.
Так же он поступал с обстановкой. Для сцены на снегу он писал этюды снега с натуры, добиваясь настоящего цвета вместо условного белого.
Отдельный момент: он проверял композицию на местности. Известно, что для одной из картин он ставил сани во дворе, чтобы понять, как ложится колея.
Результат такого метода в том, что его сцены не выглядят костюмированными. Люди на них живые, потому что писались с живых.
Практический вывод для сегодняшней работы: ищите натуру, а не образец. Лицо конкретного человека всегда убедительнее собирательного.
Какие имена стоит знать в европейской живописи
Три, и каждое связано со своим отношением к жанру.
Жак-Луи Давид, конец восемнадцатого века. Строгая композиция, ясные линии, античный сюжет как урок гражданского поведения. Разбор его подхода есть в статье о классицизме.
Теодор Жерико, начало девятнадцатого века. Работал над картиной о кораблекрушении, разговаривал с выжившими и, по свидетельствам современников, изготовил модель плота, чтобы построить композицию верно.
Эжен Делакруа. Соединил историческую тему с открытым цветом и движением, и его знаменитая картина о революции стала образцом того, как событие превращается в образ.
Между этими тремя видна вся эволюция жанра: от урока к переживанию и от переживания к символу.
Разбор второй линии есть в статье о романтизме, откуда в жанр пришли и драматический свет, и открытая эмоция.
Почему жанр почти исчез в двадцатом веке
По четырём причинам сразу, и ни одна из них не связана с качеством живописи.
Первая: фотография и кино. Показывать событие они стали убедительнее и быстрее, и монополия живописи на изображение прошлого исчезла.
Вторая: отказ от повествования. Искусство двадцатого века сместилось от рассказа к форме, цвету и материалу, а исторический жанр весь построен на рассказе.
Третья: исчезновение заказчика. Такие картины писались для дворцов, соборов, академий и государственных зданий, и этот тип заказа сократился.
Четвёртая: объём подготовки. Метод сборки требует лет работы, а живопись двадцатого века ценила скорость и непосредственность.
Жанр при этом не умер. Он продолжал существовать в государственном заказе и в книжной иллюстрации, а сегодня возвращается через цифровую графику.
Главное же, что от него осталось, это метод. Он живёт полностью, просто в других областях.
Сколько времени занимает такая работа
Больше, чем кажется, и распределяется это время не так, как ожидается.
Обычная пропорция такая: примерно две трети срока уходит на подготовку и лишь треть на саму живопись.
Внутри подготовки больше всего времени забирают этюды с натуры, потому что каждый из них зависит от модели, погоды и доступа к предмету.
На небольшой сцене с тремя фигурами это выглядит так: неделя на эскизы и сбор материала, несколько дней на этюды, день на картон и неделя на живопись.
Соблазн сократить подготовку велик, и почти всегда он обходится дороже. Композиция, найденная на холсте, обычно оказывается первой пришедшей в голову.
Известные большие вещи писались годами, и это не преувеличение биографов: срок в пять-двадцать лет для крупной многофигурной картины был нормой.
Практический вывод для своей работы: планируйте не по холсту, а по этапам. Каждый этап имеет понятный конец, и это единственный способ довести такую вещь до финала.
Какие ошибки делают
Их шесть, и первые две встречаются в каждой второй попытке.
Первая: писать сразу на холсте. Без эскизов композиция не находится, а исправлять её на большом размере почти невозможно.
Вторая: равномерная расстановка фигур. Люди через одинаковые промежутки на одной линии превращают сцену в парад.
Третья: все смотрят на главного. Если каждый персонаж развёрнут к центру, сцена выглядит постановочной. Часть людей должна быть занята своим.
Четвёртая: костюм из кино. Он почти всегда содержит условности своего времени съёмки и выдаёт источник сразу.
Пятая: современные лица. Выражения, осанка и мимика читаются как сегодняшние, даже если костюм верен.
Шестая: пиковый момент. Занесённый меч и раскрытый в крике рот в живописи выглядят театрально.
Чем и на чём работать
Материал зависит от этапа, и на каждом он свой.
Для эскизов: карандаш, соус, тушь, любая быстрая техника. Размер маленький, скорость важнее качества.
Для этюдов с натуры: масло или акрил, небольшие холсты и картоны. Этюд должен писаться за один сеанс.
Для картона: бумага в рулоне, уголь или мягкий карандаш. Формат в натуральную величину, поэтому лучше работать на стене.
Для самой картины акрил имеет преимущество перед маслом в скорости: слои сохнут за час, и переписать участок можно в тот же день.
Недостаток тоже есть: акрил плохо тянет мягкие переходы, и для крупных фигур их набирают слоями. Разбор этой техники есть в статье о лессировке.
Формат для пробы разумно взять небольшой. Сцена на пятьдесят сантиметров даёт весь опыт сборки без двух месяцев работы.
Что из этого работает сегодня
Метод целиком, и он используется гораздо шире, чем сам жанр.
Кино строится ровно по этой схеме: раскадровка соответствует эскизам, поиск натуры и реквизита этюдам, а съёмочный план — картону.
Игровая и цифровая графика пользуются тем же порядком: тамбнейлы, референсы, детальная проработка, финал.
Книжная иллюстрация к историческим и фантастическим текстам держится на этом методе полностью.
В живописи жанр вернулся через частный и музейный заказ, а также через большие композиции для общественных пространств.
И главное: сам порядок работы применим к любой сложной картине, независимо от сюжета. Многофигурная современная сцена собирается точно так же.
Чем это полезно практикующему художнику
Тремя вещами, и первая важнее остальных вместе взятых.
Первая: привычка решать до холста. Эскизы стоят минуты, а переделка большой работы стоит недель. Один этот навык окупает всё изучение жанра.
Вторая: умение строить группы. Как только в картине больше двух фигур, начинают действовать законы, которых нет в портрете и натюрморте.
Третья: работа с источниками. Умение проверить деталь и найти материал пригодится в любом сюжете, где есть конкретное место и время.
Есть и четвёртая польза, неожиданная. Метод сборки снимает страх перед сложной работой: когда задача разбита на десятки маленьких, она перестаёт выглядеть неподъёмной.
Начать проще всего с небольшой сцены на три-четыре фигуры. Сюжет может быть каким угодно, хоть очередью в магазине: важен метод, а не тема.
Что делать дальше: от эскиза к картине
Пройти весь метод один раз на маленькой работе.
Первое: возьмите сцену с тремя фигурами и сделайте десять маленьких эскизов подряд, не выбирая. Просто перебор.
Второе: выберите лучший, напишите три этюда с натуры к нему и проверьте, что все детали вам понятны.
Третье: сделайте картон в размер будущей работы, даже если это всего сорок на пятьдесят, и только потом переходите к живописи.
Разница с обычным способом станет очевидна сразу: работа пойдёт быстрее, а переделок будет меньше.
Дальше стоит посмотреть смежное: сцена без события разобрана в статье о бытовом жанре, а общая карта направлений собрана в путеводителе по стилям.
Возьмите из этого жанра одну привычку, и она изменит работу над любой картиной. Прежде чем взяться за холст, сделайте десять маленьких эскизов размером с ладонь, только пятнами, без деталей и без выбора. Десять, а не один: первые три будут очевидными, следующие три вымученными, а вот с седьмого начинается интересное. Занимает это полчаса и почти всегда даёт композицию лучше той, которую вы собирались писать. Именно так работали все, кто строил большие сцены.
Художник-гиперреалист, создатель технологии «Реалистичное искусство» — тех самых шести шагов, по которым рисуют все ученики академии. Более 6000 м² росписей, около 3000 учеников с 2018 года, 92% из них начинали с нуля. Первые шаги показывает бесплатно — на марафоне. Об Ароне
Канал в MAXЧастые вопросы
Что такое исторический жанр в живописи?
Изображение значимых событий прошлого: сражений, переломных дней, судов, гибели городов. Главная его особенность в том, что такая картина обычно велика и многофигурна, а потому собирается по частям, а не пишется с натуры.
Что входило в исторический жанр по академической системе?
Не только события прошлого, но и античная мифология, библейские сюжеты, аллегории и сцены из литературы. Объединяло их то, что все они требовали сочинения многофигурной композиции, а не работы с натуры.
Почему исторический жанр считался высшим?
Потому что иерархия строилась по одному принципу: чем меньше художник списывает с натуры и чем больше сочиняет, тем выше жанр. Историческую сцену нельзя увидеть вовсе, и она требовала знания анатомии, композиции, костюма и обстановки эпохи одновременно.
Как собирается большая многофигурная картина?
В пять этапов: замысел одной фразой, десятки маленьких эскизов композиции, этюды с натуры на каждую часть, картон в натуральную величину и только затем перенос на холст и живопись.
Чем этюд отличается от эскиза?
Задачей. Эскиз ищет композицию целиком и может быть неточным в деталях. Этюд изучает одну часть с натуры: голову, руку, ткань, снег, и собирает достоверность, которую невозможно выдумать.
Что такое картон в живописи?
Подготовительный рисунок в натуральную величину будущей работы, выполненный на бумаге. На нём видны ошибки, незаметные в маленьком эскизе: одинаковые по высоте головы, случайные касания контуров, повторяющийся ритм.
Какой момент события выбрать для картины?
Не саму кульминацию, а точку рядом с ней: за секунду до, когда всё решено, но ещё не произошло, или сразу после. Сама кульминация в живописи почти всегда выглядит театрально.
Как выделить главного героя в многофигурной сцене?
Паузой вокруг него, светом, направлением взглядов остальных и единственным ярким цветовым пятном. Расположение в геометрическом центре и увеличение размера работают заметно хуже.
Зачем в исторической живописи нужна достоверность?
Потому что одна замеченная ошибка разрушает доверие ко всей картине. Требование появилось в девятнадцатом веке вместе с развитием археологии. Разумная мера: точно всё, что бросается в глаза, обобщённо остальное.
Почему исторический жанр почти исчез в двадцатом веке?
Фотография и кино стали показывать события убедительнее, искусство сместилось от рассказа к форме, исчез прежний заказчик, а метод требовал лет подготовки. При этом сам метод целиком перешёл в кино, иллюстрацию и цифровую графику.
Читайте также
